Углич театральный

Материал из Про Углич

Перейти к: навигация, поиск

О театральной жизни в Угличе

В 2012 году состоялась выставка в нашем музее, посвященная истории театральной жизни в Угличе. Но на не была представлена лишь малая часть того, что можно было бы показать и рассказать по этой теме.

К сожалению, мы снова должны сетовать на то, что не собран во единое такой интересный материал, рассеян по отдельным редким статьям, местам хранения: архив, музей, частные коллекции.

Я видела залежи фотографий, альбомов и документов 1960-70-80 гг в ДК о творческих коллективах клубов Углича и сельских клубов. Мы много фотографировали в 1990-е, начале 2000-х гг различные театрализованные мероприятия, делали альбомы, которые могли бы остаться для истории. Но каждый раз, при реорганизациях структуры Управления культуры, при перемещениях из кабинета в кабинет сотрудников, какие-то альбомы, стопки книг и документов бесследно терялись.

Кочевали творческие коллективы и общественные объединения, их быстро забывали, от них ничего не оставалось, вернее не сохранялось. А ведь здесь мог бы быть отдельный музей истории театра, кино и массовых зрелищных мероприятий в Угличе.

Много лет в Угличе середины 20-го века существовал самодеятельный коллектив со званием Народного театра и есть еще люди, которые помнят его руководителей и артистов, и могли бы рассказать, написать свои воспоминания.

Возможно еще найдутся те, кто захочет написать большую статью или книгу об Угличе театральном. Поэтому я делюсь записанными мною в 1996 году воспоминаниями Марии Николаевны Черемовской.

Черемовская Мария Николаевна

Перевел этот напечатанный на машинке текст в электронный вариант Виктор Бородулин, он же сделал некоторые пояснения и дополнения к тексту, которые заинтересовали и меня.

Здесь сохранен стиль устного рассказа. В скобках - вставки и пояснения мои и В. Бородулина.

Недостроенный дом Еврейновых.
Цветное фото-открытка.Торговый дом Еврейновых на Успенской пл..
Фрагмент снимка дома Еврейновых, недостроенного.
Увеличенный фрагмент открытки. Дом Еврейновых.
Весь дом Еврейновых с северо-востока.
Фрагмент фотографии дома Еврейновых, увеличенный. Слева пристройка к дому красная кирпичная в 3 этажа.
Северный фасад дома Еврейновых.На 1-м этаже магазины и некоторое время был кинематограф. На втором этаже окна и балкон - театральный зал (зал заседаний).
Дом Еврейновых с запада. Окна 3-го этажа. там в 19-нач. 20вв были квартиры почтовых служащих. Фото 1960-х гг, архив В. Кудрявцева
Балкон северного фасада дома Еврейновых. Над ним вывеска "Меблированные комнаты".
Театральный зал дома Еврейновых. Балкончик.фото В.Бородулина
Балкончик в зале бывшего театра на втором этаже дома Еврейновых. Сейчас-зал заседаний Администрации Угличского района. Дверца на балкончик замурована. фото В. Бородулина.


Об Угличском обществе любителей драматического искусства.

Рассказала Мария Николаевна Черемовская. Запись 1996-го года.

Дом на Успенской площади был построен купцом Николаем Дмитриевичем Евреиновым, культурнейшим человеком, отличавшимся большой благотворительностью. Строили этот дом бельгийцы. Он построен на реке. Здесь течет река под этим домом, которая вытекает из Черного болота, которое, как вы идете на кладбище, то на левой стороне есть болото, эта река вытекает оттуда [река Шелковка]. Ему( Н. Д. Еврейнову) очень понравилось это выигрышное место, красивое, центр города. (Cын Николая Дмитриевича, Константин Николаевич Еврейнов и стал попечителем театрального сообщества угличан - прим. О.Г.)

Евреинов, Константин Николаевич

Углич XIX века.

Причем, вот этот фундамент строили бельгийские инженеры, стоимость этого дома такова, что 3/4 стоимости этого дома ушли на устройство этого фундамента. Под домом текла река, и там были сделаны такие сваи, на которых стоял этот дом, какие-то особые сваи. Но поскольку вода все время там подступала, то день и ночь эту воду откачивали четыре арестанта.

А теперь этот подвал полон воды, и когда вы идете в переулок то одна половина — красная — этого здания треснула, потому что фундамент просел. Арестанты работали день и ночь — качали воду, за исключением праздников Пасхи и Рождества Христова. Теперь этому дому грозит в недалеком будущем развал. Ремонт его стоит колоссальных денег.

Он неоднократно перестраивался. В этом доме была почта во втором этаже. А на первом был магазин и, как ни странно, но это после — был кинематограф. Кинематограф носил очень поэтическое название: "Волшебные грезы". И содержатель его был Алексей Савватеевич Макаров. Но он очень скоро прогорел, потому что были очень «высокие» цены. Первое место стоило 10 копеек, второе место стоило 5 копеек, а третье место — 3 копейки, но для того, чтобы работал кинематограф, нужно было сделать [запустить] внизу двигатель, и вот этот двигатель очень вибрировал, и вибрация от этого двигателя, конечно, сказалась на состоянии этого дома.

При почте были так называемые почтовые казенные квартиры, в одной из которых жили мы. И наша квартира [тоже была там]. С виду это как будто бы два этажа, а когда зайдешь сзади дома, там три этажа. И вот мы жили в этом третьем этаже. У нас было три комнаты, кухня и такой большой коридор. И выход из нашей квартиры был в аккурат на этот на балкон [балкон театрального зала, сейчас это зал заседаний Администрации Углича). И поэтому мы (дети) были свидетелями представлений всех театров и всех концертов, которые были в Угличе.(см. фотографию балкончика на афише к выставке в УИХМ в новостной статье -"Выставка «Любите ли вы театр?»)

Накануне [представления] мы постилали там (на балконе) одеяло. Перед этим балконом (освещение было керосиновое), висели такие лампы, которые во время представления были завешены черными занавесками. Во время антракта эти занавески, конечно, открывались, а во время действия — закрывались. И мы вот с таких пор, с малых лет, смотрели этот театр.

Скажу откровенно, театром он не назывался, он назывался "Обществом любителей драматических искусств". Как говорят, основание его приписывается Михаилу Павловичу Чехову, книга которого у нас есть. И только в последнее время, со смертью сестры (Татьяны Николаевны Черемовской), мы перестали переписываться с Чеховыми, а то у нас была с ними очень большая переписка. И Чеховы даже были у нас. Это был Сергей Михайлович Чехов, племянник Антона Павловича Чехова.

Чехов, Михаил Павлович

Что ставили, кто были артисты? Артисты были исключительно любители. Столько было желающих участвовать в спектакле, принести городу какую-то культурность, так мы вот — маленькие дети, но [и] мы поражались... Я говорю — а кто же играет вот этого, в "Ревизоре" Хлестакова? А играл его сторож. Играл простой письмоводитель, и он был в восторге, что участвует в этом. Нужно отдать предпочтение и благодарность врачам и учителям. Редкий учитель не участвовал, не состоял в этом обществе, это было совершенно добровольно. Никаких членских взносов туда не платили, никого не регистрировали.

Собирались они, как говорят, и руководил этим делом сначала вот (Михаил) Чехов, а после Чехова стали уже (другие). Я помню последнего руководителя. Это был председатель земельной комиссии земства — Гусев, к сожалению, забыла его имя, отчество. Причем ставили замечательные вещи.

Была определенная дисциплина. Собирались все в определенном месте. Они имели свои костюмы, никаких расходов на костюмы не было. Все имели свои костюмы, свои парики, свой грим. Расходы были на артистов самые минимальные. Единственное, что они себе позволяли после репетиций — это чай с ландрином, который стоил 20 копеек фунт. Никаких выпивок. Это были культурнейшие люди. Большинство из них были учителя и врачи.

И всякий желающий мог быть артистом, лишь было бы желание, вас с удовольствием принимали. И эта группа любителей искусства внесла такой большой вклад в дело народного просвещения и народного образования.

Вещи там ставились исключительно классика. Почти весь Островский был на этой сцене. Причем костюмы добывали они сами. Островский, весь был, А. П. Чехов: "Дядя Ваня", "Чайка". Причем в "Чайке" играла учительница французского языка Мария Дмитриевна Томановская. И мне казалось, что лучше её никто не может играть. Так она хорошо играла Нину Заречную. Места были очень дешевые.

Входной билет стоил 15 копеек. И как ни трудно было, молодежь, как говорят, валом валила на эти спектакли. У всех такая была тяга к искусству, потому что они в этом театре видели большую культуру, доброе начало, человеколюбие и благополучие общественное.

Там был весь Островский почти что, весь Гоголь. Причем, смею сказать, к "Ревизору" готовились полгода. Но где увидеть "Ревизора" так, как его нужно сыграть? И вот собрали деньги и решили поехать в Малый театр в Москву, посмотреть там "Ревизора". Но ведь раньше железной дороги не было. [А летом очень трудно было с транспортом. Волга пересыхала и сообщение было только на лошадях или через Калязин (Калязин - Углич - лошади). Или через станцию Волга]. Так все эти артисты собрались и направили туда делегацию из трех человек. Во главе делегации был председатель земской управы Алексей Николаевич Карпов. И вот они собрались и поехали в Москву и в Москве видели "Ревизора", как там играют. И вот был поставлен "Ревизор". Он так был поставлен, что даже знатоки поражались, что в каком-то захудалом провинциальном городе так хорошо играли.

Были поставлены "Дети Ванюшина", потом были поставлены: Гауптмана "Потонувший колокол", причем Генриха из "Потонувшего колокола", это прекрасная вещь, [играл][...]

К спектаклям были программы, продавались по 15 копеек. И причем все спектакли были с благотворительной целью. Никто себе ничего не брал. Разве только позволяли себе выпить чашку чая с ландрином.

Куда шли эти деньги? На благотворительные цели: или на помощь в большинстве случаев ученикам гимназии или реального училища, потому, что здесь было то и другое, или в помощь бедным ученикам, которым хотелось учиться, но не позволяли средства. И даже, как ни странно, помогали сельскому хозяйству. Шли в земство для того, чтобы сельское хозяйство после столыпинской реформы вступило в новую стадию.

Вот Гауптман — "Потонувший колокол", "Призраки", "Дети Ванюшина", "Огни Ивановой ночи". А когда ставили "Чайку" и [шёл] последний монолог Нины Заречной, так многие плакали.

Такие устраивали концерты, причем концерты были такого духовного назначения. Выступали ученики, любители пения. А большинство любителей пения было в церквах. Они устраивали концерты для священников. Даже священники и монахи не были забыты. Обыкновенно были эти концерты в Великом посту. Исполняли их ученики духовного училища. Регент был Владимир Николаевич Невский. Или любители исполняли. Какие были концерты.

Приезжали московские [артисты], выступал Художественный театр. И даже, как ни странно, первый раз в жизни мы увидели с этого балкона "Бориса Годунова". А эта сцена "у фонтана" — Марина Мнишек с Самозванцем — кажется, умру [умирать буду], буду помнить. До чего хорошо выступал Художественный театр. Причем все эти вещи ставились с расчетом, чтобы как-то облагородить человека, сделать е го выше того, что он есть на самом деле.

Здесь в большей части город был торговый. И все дети — мальчики, в основном лет 9, 10, 11, как кончает школу — его родители определяли "на хлеб", как говорят свой хлеб. Шли к какому-нибудь мастеру, кланялись ему в ноги и просили взять его, обучить ремеслу. Он три года был только подсобным и, как говорят, подсобным рабочим, не получая ни копейки, жил на хозяйских хлебах. Вот уж, какое малообеспеченное население было, и то за 15 копеек покупали себе входной билет и шли в театр.

Причем цены, конечно, были дешевые. Первое место стоило 45 копеек — это первые ряды, вторые 35 копеек, третьи уже куда дешевле Вот, какая была тяга к театру. И этот театр, нужно сказать, очень облагораживал. Имел благородные цели.

Ставили исключительно классические вещи. Иногда позволяли такие водевили, или такого легкого содержания, но ни в коем случае не порнографического содержания. Этого мы не помним, потому что детям, как спектаклю быть, начальница гимназии нам объявляла: такого-то числа будет спектакль. На спектакль разрешается идти гимназисткам с 4-го класса. Первый, второй и третий класс не разрешалось ходить на этот спектакль, потому что там можно увидеть про любовь и поцелуи. Это было очень запрещено в то время.

Кто были артисты этого театра — все, кто хотел. Сейчас из старых артистов уже никого не осталось. В газете была статья про театр ("Авангард" — конец 1990-х годов), написана она была однобоко, простите. Там только выписки из старых газет и из книжки Чехова, но про самый театр, про его идеи там не было ничего.

Кто был в театре — врачи, учителя, служащие казначейства, земской управы, фамилии которых и сейчас остались в памяти. Между прочим, председатель земской управы Алексей Николаевич Карпов играл Городничего. Невольно вспоминаешь Николаевскую эпоху. Они достали себе эти - ботфорты... И сейчас, мне кажется, лучше угличских артистов никто не может играть. И даже ведущую роль играла Александра Дмитриевна Бучкина — секретарь вот эта. Чиновники из казначейства, просто любители были, на маленьких, на выходных ролях.

Гоголь почти что весь был поставлен, и комические его [вещи], и "Ревизор". Очень большая заслуга принадлежит братьям Красносельским. Их папа был сторож в земской управе. А земская управа была — дом около церкви Иоанна Предтечи. И вот теперь там осталась дочка этих Красносельских. У неё остались некоторые реликвии, дай Бог, чтобы они сохранились, и чтобы она передала их вам. (Валентина Федоровна Красносельская-Новикова)

Приезжали из Москвы тоже: певица Блурская1), Славянова, Кузнецов. Даже во время воины [1914-го] там выступала такая труппа итальянская из трех человек, даже было вроде балета. Но, к сожалению, балет нам, учащимся, был запрещен, но с балкона мы видели.

И меня сейчас поражает, что столько молодежи, Дворец культуры — и нет никакого театра. Чем же занимается молодежь? Ходят, бьют стекла. Говорят, отбили голову Карлу Марксу. Вы не видали? (Да, бюст К.М.в сквере против Казанской церкви — отвинчена голова). Вот этого никогда не было. В городе была чистота исключительная.

______________

Примечания В. Бородулина. 1). Возможно, Мария Николаевна имела ввиду певицу Бурскую Инну Владимировну, 9.9.1887, Киев (в нек-рых источ. 1888, Житомир) — 25.6.1954, Чикаго (в нек-рых источ. Нью-Йорк). Артистка оперы (меццо-сопрано и контральто), концертная певица и вокальный педагог. На оперной сцене дебютировала в 1913 в Киеве, где выступала до 1916, затем пела в Одессе (1916—17) и Екатеринбурге (1917—1918). В 1919—20 гастролировала в составе рус. Передвижной оперы в Китае, Сингапуре, Индонезии и Северной Америке. В 1922—23 — солистка Чикагской оперы. В 1923 дебютировала в партии Маддалены ("Риголетто" Дж. Верди) в "Метрополитен-опера" (Нью-Йорк), где выступала до 1937. Гастролировала в оперных театрах Сан-Франциско (здесь дебютировала с большим успехом в 1924 в партии Памелы — "Фра-Дьяволо, или Гостиница в Террачине" Д. Обера, в 1927 — в партии Кармен в одноим. опере Ж. Бизе), Балтимора, Лос-Анжелеса, Филадельфии (Сузуки — "Мадам Баттерфляй" Дж. Пуччини, 1925; в опере "Кармен" Ж. Бизе, 1925; Бостана — "Багдадский цирюльник" П. Корнелиуса, 1925; в "Валькирии", 1926). Репертуар певицы насчитывал 37 партий (выступала в свыше 400 представлениях). Выступала также с большим успехом в концертах. Вела педагогическую деятельность в Нью-Йорке. Её голос записывался на спектаклях в "Метрополитен-опера", в т. ч. в "Пеллеас и Мелизанда" К. Дебюсси (4 апр. 1934, в ансамбле с Л. Бори, Э. Пинца; дирижёр Луиз Хасельманс) и "Петер Иббетсон" Д. Тейлора (фирма EJS). Записан также дуэт Амнерис и Радамеса ("Аида" Дж. Верди) совместно с Дж. Мартинелли (фирма Asco).

Рассказ марии Николаевны дальнейший о городе и горожанах у меня остался на пленке записанный, но плностью не расшифрованный. Возможно со временем я его обработаю для статьи об Угличе начала 20-го века. О. Городецкая 2012г.

Театральный углич. Продолжение. Из семейного архива Черемовских.

С большим интересом мои родные и знакомые прочитали на страничке сайта ПРО УГЛИЧ воспоминания моей тети, Марии Николаевны Черемовской об Угличском театральном обществе.

В своем семейном архиве я нашла воспоминания на эту же тему и моего отца, Черемовского Николая Николаевича, который вместе со своими старшими сестрами, Марией и Татьяной имели уникальную возможность смотреть театральные спектакли со своего персонального балкончика в зрительном зале.

Но сначала немного предыстории.

В начале 1894 года в Углич из Серпухова приезжает на работу новый податный инспектор, Михаил Павлович Чехов, младший брат Антона Павловича Чехова. Переезд в Углич был связан с тем, что по месту его прежней работы, в Серпухове, создалась гнетущая атмосфера неприязни, переходившая в откровенную ненависть. Сложилась совершенно не конструктивная для нормальной работы обстановка. Последней каплей был поступок по тем временам неслыханный.

В гостях у уездного чиновника Михаил Павлович отказался выпить бокал вина за здоровье государя – императора. Это грозило ему серьезными неприятностями, из которых наименьшей была, перевод в другой город.

Как только Михаил Павлович обосновался в Угличе, он знакомится и устанавливает хорошие дружеские отношения с представителями угличской интеллигенции, с почетным гражданином города Л. Ф. Соловьевым, П. А. Критским, Н. Д. Евреиновым, К.Н. Евреиновым, активно включается в организацию культурно - просветительного кружка, целью которого было народное просвещение и народная грамотность.

26 го июня 1894года в доме Евреинова гастрольной труппой Товарищества русских драматических артистов была показана пьеса А.П. Чехова «Лебединая песня». Успех был полный. Взволнованная публика засыпала расспросами и рукопожатиями Михаила Павловича, как брата автора. Тут же ему было высказано предложение, возглавить угличский драматический кружок и взять на себя режиссерские обязанности. Н. К. Евреинов горячо принял новую труппу и предоставил ей свой зрительный зал.

Михаил Павлович становится режиссером, актером, декоратором, сам пишет пьесы для первых спектаклей.

31 августа драматический кружок показал угличанам первый спектакль. Были показаны водевили «Ворона в павлиньих перьях» М. Куликова и «Женское любопытство» Л. Яковлева. Успех был полным. В «Ярославских губернских ведомостях «  4-го сентября появилась информация о спектакле и о многолюдном гулянии. Члены кружка были окрылены надеждой. Затем были поставлены комедия АН. Островского « Бедность – не порок», пьеса И.С.Тургенева «Нахлебник», три пьесы М.П.Чехова: «За двадцать минут до звонка», «Дуэль», «На пароходе».

Труппа росла, совершенствовала свое сценическое мастерство и пользовалась у зрителей заслуженным успехом.

Теперь и сама история.

В 1907 году чеховская труппа - кружок стала официально называться «Угличское общество любителей музыкального и драматического искусства»

Главными артистами были угличане Федор Алексеевич Красносельский, Наум Яковлевич Гологорский, Александра Дмитриевна Бучкина, Петр Николаевич Блинов.

25 го февраля 1907 года состоялся первый публичный спектакль «Волчьи зубы» А. П. Алмазова. Зрительный зал был переполнен. Публика шумно приветствовала первых его исполнителей. А местная газета Угличанин» 28 февраля опубликовала положительную рецензию. Спектакль был повторен.

В этой драме в роли Игнатьева впервые выступил юноша Федор Красносельский. До конца 1936 года Ф. А. Красносельский сыграл более ста ведущих сценических ролей. Пьеса А. П.Алмазова была первым творческим шагом театрального общества.

За ним последовали спектакли: «Дети Ванюшина» - Найденова, «Дядя Ваня» и «Чайка» А .П. Чехова, «На дне» и «Васса Железнова» Горького, «Нахлебник» Тургенева, «Лес» и «Гроза» Островского, «Женитьба» и «Ревизор» Гоголя «Власть тьмы» Толстого, «Песнь о купце Калашникове» Лермонтова, «Дни нашей жизни» Л.Андреева, «Свадьба Кречинского» Сухово-Кобылина и многие другие.

За первое десятилетие своей деятельности общество поставило в городе около ста спектаклей и литературно – музыкальных вечеров- концертов. Число его членов приближалось к двумстам. Выросли свои музыканты певцы, мастера художественного чтения, декламации, юмористы – артисты концертов.

Кажется необычным, что в нашем провинциальном городке в годы пристального цензорского контроля со сцены звучали гордые слова М. Горького о человеке, мечты о лучшей жизни и радостном труде Чехова, скорбные обличительные монологи Л.Толстого. Да, было именно так! Пьесы, урезанные цензурой, репетировались по авторскому тексту, цензурный же экземпляр перед спектаклем вручался исправнику Степанову «для контроля», и тот сидел в первом ряду до конца спектакля, будучи уверен, что все идет «по закону», как положено.

Только за один сезон 1914-1915гг Общество показало в Угличе 14 спектаклей и три концерта. Из спектаклей отметим «Снегурочку» Островского и «Песнь о купце Калашникове» Лермонтова - к столетию со дня рождения поэта. Оба они сложны в постановке, в сценическом и декоративном плане. Осуществление их говорит о зрелости театра и его творческого коллектива исполнителей.

Кроме воспоминаний своего отца, Черемовского Николая Николаевича, опубликованных в местной газете «Авангард» №31 от 25 февраля 1965 года, мной были использованы материалы из книги С.М. Чехова «О семье Чеховых»

Зоя Николаевна Черемовская, февраль 2013г.

Страницу оформила О. Городецкая - краевед.

Личные инструменты