Знаменская (Хаили) Эльза Михайловна

Материал из Про Углич

Перейти к: навигация, поиск
Э.М. Знаменская 2004г.

Содержание

Эльза Михайловна (Хаили)Знаменская

родилась в 1921 году в д. Низино Ораниенбаумского района в 5 км от Петергофа Ленинградской обл. Отец и мать были финны. Знаменская по фамилии мужа. Муж уроженец села Воробьево п\о Покровское Угличского р- на, по Рыбинской дороге. Участник ВОВ. Умер в 1966 г.

Детей в семье Э.М. было шестеро: два брата и четыре девочки.


Эльза Михайловна училась в финской школе, где преподавали все на финском языке, а русский язык учили, как сейчас учат иностранный.

В этой местности жили практически одни финны. Но язык их не совсем сходен с финским.

Когда финскую школу закрыли ,Эльза Михайловна пошла учиться в ФЗУ. Жила там же и ходила через железную дорогу учиться в Петергоф.

Потом начала работать на заводе ТТК-1. Это был завод точных камней, не военный, но в войну его переименовали в завод № 837. На заводе производили часовые камни. Завод находился на берегу Финского залива между старым и новым Петергофом. В эти годы Э.М. бывала в Ленинграде , доводилось бывать в театрах, музеях.

Про обстановку в 30- не годы она помнит мало, была еще молодая. Помнит немного о Финской войне. Поехала как-то к старшей сестре учительнице и там были разговоры, якобы русские просили отодвинуть финскую границу, а те не согласились и что война эта - плохая затея, т. к. Финляндия-это сплошные болота.


Когда началась отечественная война, Эльзе Михайловне было 20 лет.

Завод, где она работала в ОТК, приказано было перевести в Ленинград. Она переехала вместе с заводом.

Старший брат ушел на фронт. Потом и младший брат подделал документы и пошел на фронт раньше- в 17 лет. Ему всякое пришлось видеть. И воевал, и в плену был. Старшая сестра была учительницей. Вторую сестру забрали немцы в плен, там она и умерла .

Эльза Михайловна была четвертым ребенком. Самая младшая сестра оставалась с родителями, ей не было еще 16 лет. Как рассказывает Знаменская, Родителей с младшей сестрой во время блокады Ленинграда вывезли с Петергофской стороны на карельскую сторону и там оставили, эвакуировать не успели . Все трое умерли с голоду.


Рассказы Эльзы Михайловны и ее дневниковые записи о блокадных днях в Ленинграде полны драматических переживаний за судьбы своих близких людей.

Для финской семьи, оказавшейся разбросанной по чужим местам, утрата своего тихого домашнего очага, своей культуры, со спокойным укладом, своей речью, отношениями, было самым большим горем уже в начале войны.

В дневниковых записях Эльзы Михайловны пометки: кто, когда принес весточку от родных, что произошло с их домом, какая трагедия со старшей сестрой, как мучается муж сестры, сожалея, что не смог вывезти жену с двумя младенцами. А потом о смерти от тифа сестры, о неизвестной судьбе ее детей. Записи короткие, их мало. Так же не много и рассказала Эльза Михайловна, ссылаясь на несовершенство ее знания русского литературного языка. Но от беседы осталось впечатление встречи с человеком многое повидавшим с большой трудовой биографией, много отдавшего семье, детям, внукам человека, сохранившего мягкость, доброту, несмотря на пережитое.


Записи в дневнике Эльзы Михайловны- самые ценные документальные свидетельства тех далеких страшных Блокадных дней в Ленинграде.

(дневник)

20 августа 1941г.- «Переехали в Луизино».

29.07.41г-« Вечером 23 часа выехали из старого Птергофа и остановились в Лигове».

31.08. 41г - « Вечером выехали дальше в Ленинград. Торговый порт, где жили продолжительное время в вагонах. Здесь не сильно бомбили.»

07.09. –41г –« Утром Аля и Миля поехали домой в Луизино. Миля приехала раньше и рассказала, что делается в деревне. Сказала, что мои родители уже уехали 6-го. Тут же приехала Аля, она говорила подробности про моих родителей. И что сестра моя( старшая- Ида) осталась одна с детьми в новом Петергофе. Аля проводила своих родных и посадила в вагон».

(Из устного рассказа Эльзы Михайловны)

«Старшая сестра у меня жила в Петергофе. Муж у нее работал в авиамастерских в Петергофе. Авиамастерские быстро разобрали и повезли в Ленинград. Сестра осталась с двумя детьми одна. Дети- одному 2 года, другому 1, 5 года. Больше я ее не увидела. Когда я уже была в Ленинграде и муж ее меня разыскал и ,чуть не плакал, говорил, что мастерские увезли, и он ничего не мог сделать- захватить жену с детьми. Я после узнала, что она умерла от тифа, а дети остались в детдоме. Но я их не видела даже в лицо. Брат старший потом искал своих детей, но их уже усыновили, после войны. В блокаду я не знала, кто куда уехал. Муж старшей сестры нашел меня в Ленинграде, приходил ко мне. Говорил, что там, где осталась сестра, там теперь немец. Наши места все были разорены, все сгорело: дом, сад, яблони…»

(дневник)

07.09.- 41г.- « Здесь в порту (в Ленинграде) с питанием было еще не плохо. Вечера были лунные. Но как по расписанию в 11 часов вечера услышали эту сирену и в ту же минуту увидели своими глазами жуткие картины. Налеты...»

17.09.41г.- «Выехали с порта на Финляндский вокзал. Здесь сначала было потише, а потом всю ночь бомбили.»

25.10.41г - « Мы переехали в Ленинград в общежитие Горного института. Отсюда я ездила к Виктору(мужу сестры) и он ко мне. Он помогал мне деньгами, а я ему табаком (табак тогда выдавали всем и его можно было обменять на деньги или на паек), и вместе переживали за сестру.»

Потом, рассказывает Эльза Михайловна, они долгое время виделись и она получила от него последнее письмо перед отъездом из Ленинграда, это были последние его слова. Она ездила к нему на завод и узнала, что он умер.

В Ленинграде она работала курьершей секретаря директора завода № 837, того бывшего ТТК-1. Носила письма, даже в Смольный.

(устный рассказ)

«Контора была на Невском проспекте, а жили мы на Васильевском острове и ходили на работу пешком. Пришлось ходить по всему Ленинграду. Когда пешком , а когда трамваем.

Однажды шла на работу и вижу- женщина продает 0,5 литровыми банками по 10 рублей торф. Называла она его- черный творог. Я знала, что творог черным не бывает, не взяла, а люди брали. Одна женщина взяла, сказала, что очень хочет есть»

«А потом мы ходили на рынок. Там продавали котлеты. Есть хотелось. Хлеба было по 250грамм и больше ничего. А про котлеты рассказывали, что когда умирали люди, мягкое место срезали и делали котлеты. Приятельница, с которой ходила на рынок, говорит: «Возьмем хлеб. Мы можем его спокойно есть. Потом он будет еще дороже. Позже нас определили кого- куда на работу.»

«Завод не работал. Его только охраняли. Мы попали в охрану- молодые девченки. Начальник охраны нам говорит: « Девченки, зима суровая, вы как придете сюда дежурить, пусть одни стоят на посту, другие ходите по этажам и собирайте все деревянное. Как соберете это мне, по 50 г на человека хлеба получите. (У него семья и жена. и дети.) Он обещал нам поставить «времянку»- печку. Так мы набрали целую поленницу. И за счет этого мы выжили. Мы придем- и в тепле. Натопим- и кружку кипятку напьемся… А иначе бы мне не жить. За счет тепла выжили, да работа была легкая…»

(дневник)

21.11. 1941г.- "На 22-не в ночь я осталась дежурить в заводской конторе на Невском проспекте, который бомбили, но я как- то осталась живой.»

25.12.41.-«Нам прибавили паек-- 50 грамм хлеба. Получали 250г., стали 300 г. В этот же день получила от мамы письмо, где она пишет, что все болеют от голода и просят денег. А у меня деньги украли и документы, и карточки. Позже вернули мне все, и вор был наказан.»

О блокадном хлебе Эльза Михайловна говорит:

«Но хлеб тогда какой был, его не поймешь. Это не хлеб был- крошился весь. Я вот, когда сюда в Углич приехала, в газете читала, один человек писал, что хотел рецепт найти, из чего был испечен хлеб ленинградский блокадный - никак не мог найти».

(дневник)

25.12.41г. - «Мы решили с Алей погадать. Нужно дожить до лета, нужно жить еще 4 месяца. Четыре месяца- шутка ли. Кто их переживет, тот безусловно будет счастлив, хотя бы что остался цел. Ну, что будет? Теперь можно только гадать об одном, умрем или не умрем. Ноги мои и то уже предвещали что- то недоброе.

Вчера к моим специальностям военного времени прибавилась еще одна- могильщика. За Черной речкой , там, где раньше росла капуста, выросло новое кладбище. Что я видела там, описать невозможно. Но мне кажется, я не ошибусь, если скажу, что более ужасного зрелища я не увижу никогда. Это была гора трупов. Теперь запрещено хоронить в гробах. Дерево нужно живое, да и места в траншее труп без гроба занимает меньше.

Борьба на Ленинградском фронте напоминает предсмертную судорогу. Немцы упорно не выпускают Ленинград. Мгу не могут взять уже два месяца.

Интересно было бы знать, какова сейчас смертность. По слухам она колеблется от 10 до 30 тысяч в день. Если судить по количеству трупов, которых видим ежедневно, скорее можно верить последнему. Нас замучили снарядами.

Жалко смотреть на работу полумертвых людей.

Неужели я больше никогда не увижу своих?

Очевидно, я еще не совсем истощилась, если мне так хочется жить. Еще месяц , другой я должна жить. И неужели за это время ничего не изменится?.

Видимо фронт недалеко, что так хорошо слышны выстрелы из пушек. Но это стреляют наши. Пора кончать писать, а то за такие дневники можно получить срок.»

29.12.41. «Получила телеграмму от мамы. Умер отец 19 декабря».

10.01-1942г. «Я была в Токсове у мамы. Поезда не ходили, шли туда и обратно пешком 30 километров».

5.03.42г. «Меня направили в стационар, поправляться, до 1 апреля. Все было бы хорошо, но в последние дни я отравилась и болела две недели, после чего я была такая худая, что и на себя страшно было смотреть».

01.05.42г. «На торжественном заседании меня премировали 100рю деньгами и брошкой. С 1 мая я пошла на усиленное питание до 5-го июня ,здесь я окрепла и поправилась».

28.06.42г. «Яходила в кино первый раз и смотрела картину « Ленинград в борьбе».

08.06.42г. «Ездила первый раз на трамвае. Ездили на заводские огороды капусту сажать. При посадке мы с рассады листья ощипывали и ели, а палки посадили».

15. 06.42г. «Варили щи из лебеды. Ее продавали в ларьках».

28.06.42г. «Хочется так уехать из Ленинграда к сестре. Все уже надоело- одиночество, голод, обстрелы каждый день».

Эльза Михайловна рассказала, что не всю блокаду была в Ленинграде.

В августе 1942 приехали в Углич. Она рассказывает, когда носила переписку в Смольный, узнала, Москва торопила, чтобы скорее окрыли производство точных камней. Камни нужны были для приборов на самолеты. «Если бы были запасы камней, нас не тревожили бы., а камни нужны были срочно…».

(дневник)

08.08.42г.- «Приехали в Углич. Ехали через Ладожское озеро на катерах, но на наше счастье, тогда была пасмурная погода и мелкий дождь, так ехали спокойно, без обстрелов и бомбежек. Но всю ночь».

(рассказ)

«Через Ладогу везли на катерах все оборудование, станки ведь небольшие были. Утром приехали, только к берегу не могли сразу подойти- волна была большая, а катера маленькие были. На станции нас покормили, а потом нас посадили в товарные вагоны и отправились дальше по России. У меня есть эвакуационные листки. С 1942г я зачислена в ОТК контролером , потом в Угличе уже в 1949г.-старшим мастером»(дневник)

11.10.42г. «В Угличе жили сперва на квартире в деревне Чурьяково вчетвером, а потом перешли в общежитие. Мы однажды пошли в баню в город, это 3 километра. Шли домой уже в 12 часов ночи. Темно, но мы идем и все чего-то ищем, хоть и не видать ничего. Но мы головы вниз и смотрим, авось чего на дороге лежит? И говорим между собой, что все говорят, бог есть, но если есть, так помог бы нам голодным что- нибудь найти на дороге. Идем, дорога черная , грязная, а перед нами что- то белеет. Я ногой тронула, а это мешок полный, а что в мешке, не знаем. Мы оттащили мешок в кусты, домой нам не под силу- далеко. Утром, чуть рассвет, и мы пошли за мешком. В мешке был овес».

(устный рассказ)

«Здесь в Угличе строили завод часовых камней. А в войну его эвакуировали по Волге и где-то потопили все оборудование. А мы привезли все оборудование, инструменты, все абразивы и даже незавершенную продукцию. Здесь еще не производили ничего, только учили молодых. Мы приехали и начали работать. Вот в книге Балтина, бывшего главного технолога, написано, как они начали работать, но он не упомянул нас Петергофских, директора Петргофского завода не упомянул».


Знаменская Эльза Михайловна работала на Угличском часовом заводе до 1986года. Потом вышла на пенсию.

Она имеет награды : Медаль «За оборону Ленинграда»-1944г.

Звание «Ветеран труда»- 1979г.

Медаль- « За доблестный труд»- 1946г.

и юбилейные ветеранские медали.

При подготовке материала использовались записи из дневника Знаменской Э.М. и аудиозаписи бесед с Эльзой Михайловной.

Для книги «Пережившие блокаду» (2005г) материал подготовила Зав. сектором краеведения Организационно –методического центра УКМиС УМО Городецкая О.А. в 2004году

Примечание.

К сожалению, Эльза Михайловна (Хаили)Знаменская ушла из жизни.

Ее дневники остались, вероятно, у родственников. Но, так жаль, что не удалось записать побольше ее воспоминаний.

Краевед - О.А. Городецкая 2012г.

Личные инструменты