Я упоминал, что на старых фотографиях Московской улицы можно увидеть, как выглядело то здание, которое мы все еще по привычке называем «Торгсин». Тогда речь о нем зашла в связи с предполагаемой реконструкцией подвальных помещений под этим зданием. Позже я присылал снимки этих подвалов.
И вот теперь есть возможность более внимательно рассмотреть фасад этого здания. Это фрагмент панорамы Московской улицы, снимок сделан с «Креста» (так назывался теперешний перекресток улицы Ленина, Спасской и Успенской площади), а по времени — по всей видимости, в самом начале XX века. Почему я так решил? По столбам с телефонными проводами, которые видны у правого обреза снимка.
Интересна галерея с арочными перекрытиями и колоннами у входов в лавки и в подвальные помещения. На балюстраде крыши можно прочитать надпись: «Трактиръ А. Виноградова». Обратите внимание на водосточные сливы — «водометы» — они весьма затейливы. Кажется, такие теперь нигде уж не встречаются.
Может возникнуть вопрос — а почему далее все здания стоят сплошняком, примыкая друг к другу, а вот между зданием трактира Виноградова и зданием, где аптека («Старая Угличская аптека», как написано на вывеске) промежуток?
Здесь начинался переулок, носивший название «Зарядского». Заканчивался он на Большой Васильевской (ныне Гражданская), пересекая Вознесенскую (Первомайскую) и Ростовскую. Сегодня лучше всего этот переулок сохранился на участке от Ростовской до Гражданской, там по нему даже возможно автомобильное движение.
«Зарядский» — потому что шел он за торговыми рядами, которые начинались прямо от интересующего нас здания (сгорели во время знаменитого пожара), и за торговыми рядами на Успенской площади (разрушены при реконструкции, те, что сейчас стоят — новодел). Переулок не был мощен, а так как он проходил по «задним дворам» торговых лавок и прочих заведений, можете себе представить, в каком он был виде. Поэтому в ходу было другое название — «Грязный переулок», или «Грязной», как говорили истинные угличане.
В перспективе Московской улицы виден сосновый бор, который тогда еще доходил до того места, где позже был построен клуб «Машиностроитель».
…Все ушло, все другое, и только голуби-сизари, сидящие на карнизах, такие же, как и сейчас.
